Как спасали чеховскую библиотеку от фашистских оккупантов (часть четвертая)

Библиотекарей не покидала надежда, что Красная Армия в любой день начнет наступление, освободит Таганрог. Но вышло иначе. Фашистское командование, сосредоточив крупные силы, нанесло массированные удары по нашим войскам. После ожесточенных боев гитлеровцы 24 июля 1942 года заняли Ростов, нацелили свои бронированные клинья на Сталинград и Кавказ.

Из оккупированного фашистами Ростова приехала в Таганрог директор одной из библиотек. Она рассказала чеховцам о том, что в областном центре все библиотеки закрыты, выдача книг запрещена до просмотра их цензорами.

- Библиотеками очень заинтересовался штаб имперского министра по делам оккупированных восточных областей Розенберга, - сообщила гостья. - Сотрудники этого штаба прямо-таки охотятся за редкими книгами.

И непрошенные гости нагрянули. Четыре офицера, не обращая внимания на сотрудников библиотеки, стали обходить помещение за помещением. Один из них подергал дверь коллектора, где была сосредоточена доставленная литература из других библиотек. Дверь оказалась запертой. Андреева, видя недобрые намерения гитлеровцев, послала за временно исполняющим обязанности директора Баландиным.

- Мы не имеем права без разрешения выдавать книги, - возмущенная наглостью фашистов, возвысила голос Мария Михайловна.
- Зато у нас есть право. Откройте дверь! - потребовали офицеры.
- Ключей в данный момент нет, наша сотрудница ушла и их унесла, - попыталась схитрить Мария Михайловна.
- Вы нам голову не морочьте! - рассвирепел одни из офицеров.
- Но это действительно так, нечем дверь открыть.
- В гестапо их надо передать, там быстро станут покладистыми, - с издевкой сказал второй офицер.
- Не вынуждайте нас взламывать дверь, - сказал третий фашист.

Пришлось отдать ключ.

Подъехала к библиотеке грузовая машина. Солдаты стали вносить в помещение большие ящики. Как ни упорствовали женщины, они не смогли остановить офицеров, которые отбирали книги и складывали их в ящики.

В этот день гитлеровцы забрали около трех тысяч книг. А всего ограбили библиотеку на 4464 книги. Фашисты вывезли и некоторые ценные тома, в том числе «Христианские древности», «Историю Ветхого завета», одиннадцать томов Иллюстрированной истории мира» и некоторые другие.

Официально было объявлено, что библиотека и другие культурные учреждения находятся в ведении отдела пропаганды У-2, которым стал руководить зондерфюрер доктор Гартэ. Теперь надо было согласовывать все вопросы не с ортскомендатурой, а с отделом пропаганды, действовать по указаниям этого отдела,

- Хрен редьки не слаще! - в сердцах сказала Андреева.
- Что доктор Озе, что доктор Гартэ трубит о том, что несут великую культуру, а на деле обыкновенные грабители. Пытаются оболванить население, да люди не слепые.

К ноябрю сбор литературы в основном закончился. Предстояло «обработать» огромное количество книг, в том числе в Доме учителя. Цензоров явно не хватало. Дали недавним сборщикам литературы банки с черной краской и кисточки. Подробно объяснили, как надо вымарывать «вредные в идеологическом отношении» места.

Как только цензор-консультант Ковалевская вышла, работа приостановилась. Шаныгина разбавила свою краску водой. Ее примеру последовали Мария Белых и другие. Когда консультант стала проверять, как выполнено ее задание, на закрашенных местах увидела проступающий текст.

Разразился скандал.

- Саботаж! Доложу в отдел пропаганды! - заверещала Ковалевская.
- Меня заберут, останутся другие, госпожа! - издевательски спокойно сказала Екатерина Евгеньевна.- Не сдобровать тебе тогда, шкура!

Консультант закрыла рот, вышла из комнаты. Она и раньше терпела колкости от Шаныгипой, побаивалась ее ехидства, крутого нрава. А теперь прямая угроза.

И в дальнейшем девчата из команды Шаныгиной были плохими помощниками цензорам. Пришлось Ковалевской отказаться от своей затеи приобщить сборщиков к своему делу. К тому же им хватало различной другой работы.

На открытии библиотеки, а потом на банкете зондерфюрер доктор Гартэ напыщенно говорил о великой миссии германской освободительной армии, о том, что местное командование проявляет большую заботу о населении Таганрога и развитии культуры города, о чем, мол, свидетельствует сегодняшний примечательный день, что при детской библиотеке в скором времени откроются еще и художественные студии.

Через несколько дней библиотекарям предложили работать в цензурном кабинете. Не справлялся он с огромным количеством книг. Шаныгина категорически отказалась. Через несколько дней ее направили на строительство дороги за городом. Мария сослалась на плохое самочувствие. Ей приказали явиться к заместителю бургомистра Акимцеву.

- Мне докладывали, что ты умная девушка, - с подходом начал Акимцев. - Так что должна понимать, что сейчас самая лучшая для тебя работа - в цензурном комитете. Чистая, нетяжелая. Уважение со стороны властей.
- Не стану марать книги, - угрюмо сказала Мария.
- Тогда будешь безработной.

На бирже труда Марии предложили поехать па Украину или рыть окопы. Девушка выбрала второе.
В конце июня утром Мария с вещами пришла к бирже труда. Здесь уже собрались девушки и женщины, около тридцати человек. Сделали перекличку. Под конвоем солдата все направились на вокзал. Жители города уже привыкли к подобным процессиям - фашисты то молодежь угоняют в Германию, то безработных эвакуируют неизвестно куда, то женщин на рытье окопов отправляют.
На вокзале посадили всех в вагой. На одной из ближайших остановок, на станции Неклиновская, прибыли к месту назначения.

И начались однообразные трудные будни. Подъем в пять часов утра. Обязательное построение на плацу и перекличка. Шли землекопы на кухню, хлебали баланду, какое то подобие пищи, а потом шагали несколько километров до села Ряженое, где находились немецкие позиции.

Вначале женщин заставили копать широкий противотанковый ров. В первый же день с непривычки все сбили ладони до крови. А надсмотрщики словно этого не замечают, знай покрикивают.

Копали женщины и траншеи. Перед ними были замаскированные орудия, танки, дальше - за линией обороны - проволочные заграждения. Да и жили таганрожцы уже у самого Ряженого, в бункерах - в подземных жилищах с двухъярусными нарами.

- Вот бы зарисовать эти позиции - пушки, танки, бункера с немцами - и передать нашим, - мечтали новые подруги Марии.

Но не было никакой возможности переправить ценные сведения нашему командованию, а наши передовые части находились совсем близко, о каком-нибудь полукилометре. Оттуда по вечерам неслись такие красивые пунктиры трассирующих пуль.

Во второй половине августа Мария увидела в небе много советских самолетов. Засветились у женщин глаза. И тут начался сущий ад. В расположении гитлеровцев вздыбилась земля, высоко поднялись облака пыли и дыма. Оттуда побежали согнувшиеся фигуры солдат и офицеров. Оглушенные, с перекосившимися от страха лицами, они прятались в женские бункера.

Не знали тогда женщины, что в районе села Куйбышево наши войска прорвали сильно укрепленные позиции гитлеровцев Миус-фронта, что наши кавалерийский и танковый корпуса устремились в прорыв и стали совершать стремительный рейд по тылам врага, все, круша на своем пути.

30 августа таганрожцы со слезами на глазах встречали своих освободителей - солдат и командиров Красной Армии.

После освобождения Таганрога посетителями библиотеки имени Л. П. Чехова стали те, кому принадлежали се богатства, - советские люди. Более ста тысяч собранных, спасенных книг было возвращено библиотекам институтов, техникумов, школ. Раскрылись двери темной, неприметной комнаты, где находился тайник с произведениями советских писателей, и второй тайник в Доме учителя.

Из просторных подвалов городского отдела Госархива доставили политическую литературу, тоже десятки тысяч томов. Гитлеровцы о них знали, собирались уничтожить, но так поспешно бежали, что не успели свершить свой варварский замысел. Вернулись по назначению книги, спрятанные и в тайнике Марии Белых.

Из спасенных мужественными женщинами книг комплектовались библиотечки для госпиталей и для освобожденных сел. Почти два года не знавшие теплоты читательских рук страницы этих произведений вновь волновали, звали к утверждению светлых идеалов. Книги вновь встали в строй бойцов.